Правозащитный центр «РОД»

Мы защищаем русских!

О том, как политзаключённому Даниилу Константинову выносили приговор, да не вынесли.

майка

3 марта в Мосгорсуде — суд по продлению «меры пресечения». Вспомним о том, как зимою Даниилу Константинову выносили приговор, да не вынесли… Ниже — текст корреспондента Максима Собеского с незначительной редакторской правкой.

*******

Недавно казалось – дело политзаключенного Даниила Константинова подошло к драматическому финалу. На оправдательный приговор от Фемиды, которая снимает одно обвинение из трехсот, мало кто настраивался. Даниил произнес последнее слово 17 декабря, – его речь потом растащат на цитаты. Но приговор, назначенный на 26 декабря, не прозвучал в Чертановской суде. Избитого конвоирами националиста отправили в СИЗО, а дело – на доследование. Атмосфера двух дней в репортаже корреспондента Максима Собеского (публикация на сайте «Завтра» http://zavtra.ru/content/view/delo-2/ ) .

Последнее слово: «с мотивом у нас странные вещи».

Такого Чертановский суд еще не видел. И не увидит? Так казалось, когда Даниила Константинова этапировали из «Матросской тишины» сказать его последнее слово по делу об «умышленном лишение смерти» 3 декабря 2011 г. москвича Алексея Темникова. Отец пострадавшего, такое внимание к процессу не продемонстрировал, убежав с первого заседания. Политзек выступал при заполненном зале – человек 70-80, часть пришедших грубо не пустили приставы. Как сформулировал Константинов: «Рабовладельческий Рим дальше ушел в уважении прав граждан».

Не готовы мириться с преследованием политузника люди разных воззрений. На скамейках соседствовали активисты «Комитета 6 мая», либералы, руководство «Национал-демократической партии», московская интеллигенция в возрасте. Не было заметно присутствия резво бегающих на «Русские марши» ультраправых. Типично.
В зале отсутствовала ядрено пахнущая собака и ее цедящий угрозы повелитель в ретро-шапке на квадратной голове неандертальца. Единственное снисхождение?
Днем раньше закончились прения сторон; адвокаты и политзек высказались о том, что думают о желании гособвинения, как выразился Илья Константинов, «закатать в лагерную пыль сына». Десятка строгого режима –реакция прокуроров на алиби и работу адвокатов, ловивших следствие на подлогах ( www.kasparov.ru/material.php?id=52A9AC5CC61F4&section_id=519DBCB1CAC97 ).
Константинов– молодой человек с добродушным лицом, крупный в кости, одет в фиолетовую клетчатую рубашку, произнося последнее слово, разбивал минута за минутой все несуразицы обвинения. Голос ироничный. Но внутри он кипит. Каждый суд для него: «Ранние подъёмы, часы в сборках, автозаках и боксах в суде. Система перемалывает тебя, и когда ты добираешься до зала суда, у тебя уже не остаётся физических и моральных сил, чтобы защищаться» (текст на сайте ПЦ РОД www.rod-pravo.org/poslednee-slovo-daniila-konstantinova-rasshifrovka ).

Политзаключенный, впрочем, не смирился, а использовал последнее слово не только для опровержения сфабрикованного дела, но и как политическую битву. Об этом ниже.
В течение двух часов Константинов рассказывал, как следствием «юристу, молодому политику приписывается поведение девиантного подростка: диковатые путешествия по Москве с огромным ножом, плевки в прохожих, и поножовщина». При том, что следователи так и не нашли ни свидетелей «причастности Константинова» к убийству, ни его биологических следов на месте преступления, как и не мелькает он в камерах видеонаблюдения. В час убийства он отмечал день рождения матери в ресторане «Дайкон» в 20 км. от метро «Академика Янгеля», где зарезали Темникова.

Описал Константинов вип-свидетеля обвинения Алексея Софронова, фигурирующего в деле и как Сафронов: «показания Софронова – вещь, которой можно посвятить диссертацию. Только не знаю: по праву или по психологии. Может быть, разобрался бы Ломброзо, но он уже умер». Уголовник, 9 классов школы, на учете в милиции с 13 лет; в суде уверял, что анархо-панк и не пьет, но, находясь под защитой свидетелей, сколотил банду и совершил 11 краж – не хватало денег на выпивку. Константинов: «Ни Бакунина, ни Кропоткина прочитать не удосужился, а я читал». Напомнил Даниил про опознание, когда Софронов – глаза в пол – по окликам оперативников «Ты, дурак!» ткнул в него при адвокате Оксане Михалкиной. Следователь Звонков при этом паясничал, что Константинов должен сесть за других.

Заявил Константинов и об иных преступлениях, зафиксированных при расследовании дела не горе-сыщиками, а адвокатами. Защита, устанавливая его алиби, – праздничный ужин в ресторане «Дайкон», прилучила предупреждение, когда направила Налоговую службу в заведение: «В ФСБ сказали: «Не надо проверять «Дайкон» – наши люди». Там обманывают администрацию, а ресторан обманывает налоговую службу». Свидетель Мареева, администратор ресторана, «в ужасе от преследований органов бежала в Петербург, ее со спецназом доставили в Москву», где дама пыталась доказать, что Константинова не было в «Дайконе» 3 декабря, хотя в этот день сама отсутствовала.
Речь прерывалась аплодисментами. Покачиваясь в удобном кресле, судья Галина Тюркина, не мигая, смотрела на политика. Ее лицо было бесстрастно. Юный и курносый прокурор А. Ильин, похожий на Вуди Алена, почесывал нос. Стрижка бобриком; такие в фильмах играют поехавших нацистских чиновников. Дело сделано, срок запрошен. Высокооплачиваемая карьера – фальсификация обвинения? Напарник по процессу Р. Рожков в этот день отдыхал. Один из приставов, опершись на подоконник и подперев подбородок рукой, слушает Даниила, не отводя от него взгляда. Неизвестно, что он думает, но увольняться вряд ли планирует.

Слово за словом Константинов произносил речь; если ее перенести в электронный вид, она займет 20 страниц «Ворда». Фактура весомей, чем наводка не открытого органами источника на Константинова как «убийцу», объяснительные агента из партии «Новая сила» Дмитрия Феоктистова и шесть версий показаний Софронова, вкупе с экспертизами рисунка ножа.

Феоктистов, сыгравший роль связующего звена в конструкции дела, не был вызван в суд. Нацдема вывели из процесса. «Новая сила» – деактивированный проект профессора МГИМО Валерия Соловья; по слухам в оппозиции, он предложил устроить Константинову беспорядки на волне «Зимней революции». Константинов отказался, и сел ( http://lenta.ru/articles/2013/08/20/konstantinov ).
Финальная часть речи Константинова – призыв консолидироваться обществу, нации, оппозиции. Она же – сожжение мостов: из практики выведены оправдательные приговоры, а отказ взять на себя чужую вину российские суды не переваривают.
– Я должен был бояться. Но 10 лет строгого режима – достаточный срок для того, чтобы отстраниться, почти как мертвец. Признаюсь: я горд вниманием, которое оказали спецслужбы. Колоссальные силы брошены на борьбу с Константиновым. Федеральный центр «Э» и управление «Э» ФСБ. Польщён! С начала 2000-х годов в России проводится политика закручивания гаек. Первыми в топку репрессий пошли национал-большевики Лимонова и молодые националисты, сотни и тысячи которых сидят. И доказанность их вины – сомнительна. Свободная человеческая личность, исповедующая собственные взгляды, чужда полицейскому государству. Мы столкнулись со страшной ситуацией: вялотекущей гражданской войны, когда часть общества, выраженная в людях в погонах, позволяет себе терроризировать остальное общество. Я ухожу, и видимо, – надолго. Пользуясь своим положением, я призываю вас всех: забудьте личные обиды и раздоры, отставьте в сторону амбиции и мелкие политические интересы, различия в идеологии. Мы все должны объединиться и добиться одного: общество должно вернуть себе контроль над властью. Родина – это мы. Ваша честь, я ничего не прошу, решайте сами.
Зал рукоплещет. Михаил Нечаев, волонтер ПЦ РОД, фигурировавшего как «экстремистское сообщество» в меморандуме тех, кто разрабатывал Константинова, расправляет согнутые плечи и отправляет последний твит в традиционную трансляцию с каждого заседания.

Приговора нет: спецназ, пытки и протест.

Пока все ждали судного дня, погона сменилась на весну. Периодическое солнце стопило снег, а теплый, в декабрьском понимании, ветер унес зиму. Когда воздух, пахнущий талой землей, проникает в узкую тюремную форточку, приходит тоска. Особенно в канун приговора. Константинов сидит с марта 2012 г.
26 декабря запомнится надолго тем, кто пришел выразить свою солидарность с Даниилом Константиновым. За день прошел слух о готовности Фемиды вынести приговор исподтишка, в пустом зале. Этого не случилось ( www.youtube.com/watch?v=EO_oZKYBdjk ).
Активисты, обеспокоенные судьбой репрессируемого, стояли перед Чертановским судом уже с 11 часов, хотя оглашение назначили на 14. Подтянулось человек со 150, даже для политического процесса – редкость. На котельной возле здания суда кто-то размашисто нанес «Свободу Даниилу Константинову»; часть граффити быстро затерли чьи-то верноподданные узбеки. Двадцать человек надели футболки «Свободу Константинову» ( https://twitter.com/rod_ru ).

На проходной приставы час за часом обыскивали оппозиционеров: «есть запрещенные предметы?», «к кому, как судью зовут?»; металлоискателем прозванивали даже обувь. Пока ждали, появлялись политики: много либералов, актив НДП, Владимир Милов из «Демвыбора», поэтесса Алина Витухновская, правозащитник Наталия Холмогорова, главред «Свободной прессы» Сергей Шаргунов. С группой левых стоял амнистированный по «Болотному делу» Владимир Акименков. В свой день рождения пришла дочь генерала Рохлина – Елена. Илья Константинов провел припозднившегося Алексея Навального. Римский профиль экс-кандидата в мэры Москвы вызвал эмоции, в толпе послышалось: «Вот стоит будущий президент России».
Константинова долго не поднимали; он появился, окруженный автоматчиками в масках, после двух. Бросилось в глаза, что политзека грубо тащили, волоком. Обстановка накалилась до предела, т.к. в суд еще были введены «робокопы», два десятка в касках и бронежилетах, а перед входом в суд припарковались два автобуса ОМОНа ( www.specletter.com/sud/2013-12-26/prigovor-narvalsja-na-grubost.html ). Силовики перекрыли коридор, оставив у входа в зал № 306 только журналистов; под работника прессы закосил и Истархов.

Полицейское усиление люди истолковали как прелюдию к оглашению максимально жестокого приговора. Константинов старший предложил: «Когда прозвучит признать виновным, все садимся в знак неуважения к суду». Илья Владиславович попросил пропустить его к сыну, ОМОН грубо отказал. Человека преклонных лет чуть не повалили на пол омоновцы, которые принялись выдавливать в глубину коридора группу поддержки. Омоновцы рычали: «Уважайте власть!», что отозвалось возмущением. В ответ неслось: «Пропускай!», «люстрация!», «мусора – позор России» ( https://twitter.com/282student/status/416152866521620480 ) .
Наконец, к 14.30 часть людей пропустили в зал; не дав приставам закрыть двери, пробилась и вторая волна активистов. Значительная часть солидарных с политзеком так и не попала на процесс, хотя свободные места были: одних оставили в коридоре, других еще удерживали на проходной. Какой-то силовик с ненавистью процедил: «Одни и те же лица на суды ходят».

Когда в зал вбежала судья Галина Тюркина, двери закрыли. Илья Константинов требовал «пропускай!» и искал затерявшихся в толпе жену и невестку. Но судья, как образно выразился журналист Саша Сотник, «Политвестник ТВ», «голосом испуганного пономаря стала читать, не реагируя». Наэлектризованные творимым беззаконием люди не заметили, как начала тихим голосом оглашать решение суда растерянная и бледная председательствующая. Чтение без микрофона, доносились обрывки фраз. Когда слух уловил «признать виновным», большая часть активистов приземлилась на скамейки. Потом нарисовалось: «обвинительное заключение составлено таким образом, что не ясна конкретная роль обвиняемого, что делает невозможным вынести объективный приговор».
Впрочем, сознавшись замысловатыми процессуальными терминами в фабрикации дела следствием, судья оставила Константинова в тюрьме до 4 марта. Группа солидарности взорвалась дружным волеизъявлением: «судей не назначать, а выбирать!», некоторые женщины плакали. Отец политика ободрял сына: «Даня, держись! Это еще не победа, но неплохо, мы вытащим тебя!».

Поведение Д. Константинова контрастировало с тем, что он демонстрировал все предыдущие заседания. Политзек был мрачен, плохо координировал движения, не разговаривал с залом и СМИ. Окружившие клетку конвоиры, бугаи в масках, как видно на видеорепортажах, затыкали ему рот. С политзаключенного не сняли наручники, что практикуется при вынесении пожизненного приговора.

Вечером выяснилось, что маски-шоу представляли Группу немедленного реагирования МВД при Мосгорсуде: два часа до суда и четыре после они пытали Константинова электрошокером, угрожали изнасилованием, держали на растяжке ( www.rod-pravo.org/advokat-daniila-konstantinova-daniila-py-tali-neskol-ko-chasov ). На публике, причастные, как предполагают, к целой серии преступлений: избиения узников Болотной, осужденных по делу АБТО, – держались психованно, один расстегнул кобуру.
Уводили Константинова с пинками; активистки бросили ему цветы и веточки хвои, поздравляя с Новым годом. Сцену фиксировала с брезгливой миной на видео сотрудница МВД, крашеная блондинка. Лаяла служебная собака, как всегда, без намордника.
Перед входом в суд оппозиционеры, названные питерским «5 каналом» «молодчиками, поддерживающими неонациста», устроили импровизированный пикет. Из омоновозок выбежали некие юнцы – снимать оперативное кино. Силовики бубнили, чтобы расходились. Акименков с «Левого Фронта» даже предположил: «Поразгонят и провокацию устроят».

Как подытожил Илья Константинов провал следствия для «Завтра»: «Я горжусь сыном: за те почти два года, что он провел в тюрьме, ни одного признака уныния, Даниил из тюрьмы умудрялся поддерживать нас с матерью. Я верю, что он преодолеет все преграды, выйдет на свободу и скажет свое слово в жизни и политике». О пытках сына политик еще не знал.

Предположение: приговор был переписан к четвергу, спешно. Но некоторая часть «элит», имея другие виды на судьбу Даниила, уже дала отмашку прикомандировать спецназ. Могла ли новость, вышедшая синхронно на «РИА Новости», «Коммерсант», «РАПСИ» и т.д., о «признании Константинова виновным», быть вовремя не отозванной утечкой?

Опубликовал автор
Ваши избранные записи icon-angle-right

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *