Александр Ходаковский: «Восток» за месяц потерял 90 человек ранеными и 13 погибшими в авдеевской промзоне

Немного о состоянии дел на промзоне. Потери «Востока» в результате боевых действий в период с 07.03.14 по 07.04.14 составили девяносто человек ранеными и тринадцать человек погибшими. Основную жатву сняла промзона между Ясиноватой и Авдеевкой, которая, по определению самих бойцов, становится «вторым аэропортом». Данными по потерям других подразделений, участвующих в боях, я не располагаю, но догадываюсь, что и им достается. Правда, сейчас в зоне максимальной активности остались, преимущественно, «Восток» и внутренние войска, так что основную нагрузку, включая потери, тянут они. У нас как-то незаметно сложилась традиция скрывать истинные цифры потерь. Причем, забавляются этой странной практикой обе стороны, и если украинцев понять можно – они отчаянно трусят волновать население масштабами последствий своих политических выходок, приведших к войне, — то позиция наших официальных спикеров мне совершенно непонятна. Что мы теряем, показывая ту цену, которую мы платим не по нашей вине, но по нашей решимости продолжать делать начатое — бороться за свою землю, защищая ее от врага? Как будто мы стесняемся демонстрировать, как высока эта цена, но цена отказа от борьбы была бы для нас неизмеримо выше.

Сравнивать промзону с аэропортом начали недавно – когда стало понятно, что стратегическая ценность владения этим участком невелика, и основным мотиватором для бойцов и командиров стало упорное желание не отдавать кусок своей территории. Сейчас уже исчерпала себя причина, побудившая нас к активизации на этом направлении: отодвинуть противника на его традиционные позиции, чтобы обезопасить участок трассы Донецк – Горловка. Исчерпала потому, что теперь уже совершенно ясно, что этот отрезок дороги больше не будет безопасным, пока не закончится война, или пока не будет установлено устойчивое перемирие. Стреляют всем, включая тяжелые калибры, превращая асфальтное покрытие в мешанину из щебня и битума, и даже если теперь отодвинуть противника на прежнюю дистанцию – погоды это не сделает. Ситуация, действительно, напоминает аэропорт, только с некоторой тактической разницей. Теперь мы преодолели открытое пространство и врезались в территорию, прилегающую к зоне контроля ВСУ, оставив за собой просматриваемые и простреливаемые участки. Они подходят к своим позициям на промзоне с мест своей постоянной дислокации в Авдеевке, скрытые местностью: здания, сооружения, лесополосы, близость расположения к основным своим коммуникациям – все играет им на руку. Нам же, чтобы подтянуть БК или произвести ротацию, нужно преодолеть открытые пространства, делая это под постоянным огнем противника, что приводит к повышенным потерям. Украинцы были в такой ситуации, когда цеплялись за аэропорт. Им тоже тогда приходилось проскакивать под нашими прицелами по полям, неся потери, чтобы пополнить свой контингент в аэропорту.

Но стратегическая разница двух этих ситуаций в том, что взятие аэропорта позволяло нам выправить линию фронта в более выгодном для нас варианте, отодвигая одновременно противника на большую дистанцию от города, хотя и незначительно. Продвижение же вглубь промзоны чревато втягиванием части наших сил в подготовленный мешок, и чтобы не оказаться отрезанными в случае более масштабной активизации противника от своих, нужно или выравнивать линию фронта, перенося ее вперед на смежных участках, что возможно только при активных наступательных действиях с нашей стороны на широкой полосе фронта, либо нужно отказаться от глубокого проникновения, сохранив относительную целостность уже выстроенной конфигурации линии соприкосновения. Эта зона потому и не была интересна ни нам, ни противнику в разгар боев четырнадцатого года, что владение нею не давало особых преимуществ, и когда я формировал там фронт, я исходил, прежде всего, из возможности нашими относительно небогатыми силами удерживать большие по протяженности участки. Это возможно делать только тогда, когда ты в выгодном положении, а перед тобой открытые пространства, и грамотное размещение огневых позиций с учетом рельефа местности позволяет держать перекрестным огнем под контролем значительную территорию, заблаговременно обнаруживая противника на подступах, даже без образования сплошной линии обороны, что для нас, конечно, было непозволительной роскошью. А если еще и хорошо поставлена работа артиллерии, то пройти через наши позиции практически невозможно.

Сейчас на промзоне мы балансируем с украинцами на линии, когда выдвижение и нас, и их глубоко за ее пределы создает условия для окружения тех, кто слишком забрался вперед, в случае успешного наступления противника. Тем более, нужно представлять себе эту промзону: это участок, обильно наполненный лесонасаждениями, между которыми умудрился разместиться и дачный поселок, и несколько групп зданий нежилого назначения, находящихся на разных высотах, большая часть которых находится ближе к Авдеевке, то есть в зоне прямого контроля ВСУ. С этих зданий противник не только хорошо просматривает подходы, но и преотлично накрывает снайперским и гранатометным огнем наши позиции, а в условиях ограниченного применения артиллерии подавить эти огневые точки с дистанций далеко не просто. Вот, в целом, такая картина. Создан очаг напряженности, война идет, все на старте. Но бойцы не думают о вещах, выходящих за пределы их компетентности – они честно воюют, а когда приходит время – погибают. За это им честь и слава, но главное, чтобы все было не напрасно, и те, от кого зависят глобальные решения, не забывали, что кровь людская – не водица.

Александр Ходаковский, командир батальона «Восток»

Источник

Опубликовал автор
Ваши избранные записи icon-angle-right

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *