Правозащитный центр «РОД»

Мы защищаем русских!

Нужно дать добровольцам Новороссии легальный статус: интервью с адвокатом М. Цзеном

7 октября Следственный комитет России опубликовал сообщение о возбуждении уголовного дела по статье “наемничество” (ч.3 ст.359 УК РФ) против националиста Романа Железнова, известного под прозвищем “Зухель”.

Как сказано в сообщении, по версии следствия 9 июля 2014 года Железнов прибыл на Украину, где встретился с командирами батальона «Азов», добровольно вступил в его ряды и дал согласие на участие в вооруженном конфликте на территории Донбасса за материальное вознаграждение. Железнов прошел подготовку в учебно-мобилизационном центре батальона «Азов», прошел обучение эффективному применению и использованию оружия, боевых припасов, устройства военной техники и тактики ведения боя. Он был обеспечен личным огнестрельным оружием, боеприпасами, специальным снаряжением, после чего по указанию командования батальона «Азов» прибыл на территорию Донецкой народной республики, где по настоящее время принимает активное участие в боевых действиях в качестве наемника совместно с другими бойцами батальона «Азов». При этом ежемесячно он получает материальное вознаграждение в сумме не менее 4 000 украинских гривен.

Мы попросили соратника Русского общественного движения адвоката Матвея Цзена рассказать о юридической подоплеке и возможных политических последствиях дела Железнова. 

-Расскажите, пожалуйста, что вы думаете в связи с возбуждением дела против Железнова?

Обращает на себя внимание, что новость о возбуждении дела против Романа Железнова на сайте Следственного комитета подана, как “история успеха”.  В сообщении СК расписано, как Железнова научили эффективным приемам применения оружия, выдали это оружие и боеприпасы, еще и выплачивали денежное довольствие. Откровенно говоря, это выглядит, как реклама.

Что вы подразумеваете под “историей успеха”?

— Я имею в виду “историю успеха”, как литературный жанр, когда рассказывается, как человек что-то делал и у него это получилось. Если это сообщение прочитает какой-нибудь криминализированный маргинал откуда-нибудь из российской глубинки, он увидит  в сообщении рассказ об успехе. Роман “Зухель” Железнов – человек, судимый за хулиганство и кражу. И вдруг он уехал на Украину, познакомился с руководителем батальона “Азов”…

-То есть он был маргиналом в России и вдруг стал весомой фигурой?

Да, так и есть. Он был судим за хулиганство и кражу – у нас сотни тысяч таких. И вдруг рассказывается, что такой же человек, как и они, поехал на Украину.  Там ему дали в руки автомат. Ведь у нас даже сажают за единственный изъятый во время обыска патрон, а тут автомат! Для России это фантастическая история —  тебя обучают, зачисляют в отряд, дают 4 тысячи гривен и вот ты с автоматом в руках.

-С вашей точки зрения Следственный комитет так пишет сознательно, или он описывает то, что было на самом деле?

-Я не знаю, что было на самом деле. Но я скажу, что это выглядит, как реклама вербовки — слишком уж все гладко расписано. Но если это описывается, как установленные следствием обстоятельства, выходит, так и есть.

-Дело Железнова  может стать прецедентом, опасным  для тех, кто воюет на стороне Новороссии?

-Да, потому что у любой статьи Уголовного кодекса есть два состояния – рабочее и нерабочее. Рабочая статья – это статья, по которой есть уголовные дела, по которой есть методика доказывания, есть практика и есть люди, которые по этой статье получили приговоры. А есть понятие “нерабочая статья”. Например, экоцид (прим. ст. 358 УК РФ). Есть такая статья в Уголовном кодексе —  “экоцид”. Никто никогда не был по ней осужден. Эта статья мертвая. Естественно, никто не знает, как собирать по ней доказательства. Кроме того, превращение нерабочей статьи в рабочую в нашей правоохранительной системе чревато —  у нас палочная система плановых показателей. Есть статья “наемничество”, по ней расследуются дела, значит, по ней будет выставлен план. И будут искать тех, кого можно по ней осудить.

-А что может считаться наемничеством с точки зрения российского уголовного законодательства? Это значит, что человеку платили деньги за участие в боевых действиях?

-Нет. Наемничество – это участие в боевых действиях из корыстных соображений, с целью зарабатывания денег.   Но если мы рассмотрим случай Железнова, то видим, что ему выплачивалось 4 тысячи гривен, это около 12 тысяч рублей. Я обоснованно считаю,  что эту сумму он мог заработать и в России —  даже заработать больше, не повергая себя такой опасности и трудностям. Следовательно, его мотивацией в действительности являются не деньги, а что-то еще. А деньги выдаются любому солдату – даже призывникам.

-На «сигареты и  жвачку»?

-Ну да, 4 тысяч гривен не сильно отличаются от денег “на сигареты и жвачку” — по крайней мере, по моим представлениям. Я бы не решился однозначно утверждать, что человек, который воюет  и получает при этом 4 тысяч гривен в месяц, делает это из корыстных соображений. Вот если бы фигурировала сумма в тысяч 40  — Порошенко обещал, что участники АТО будут получать по 1000 гривен в день. И первое подозрение, которое тогда возникло у меня,  что в ряды сил АТО пополнят в первую очередь люди с меркантильными побуждениями, в том числе и наемники. Но тут совсем другая сумма.

Поэтому, на мой взгляд, разумной выглядит инициатива ЛДПР. Они в начале украинского кризиса предложили  уточнить статью “наемничество” и исключить из нее тех участников боевых действий, которые воюют по идеологическим соображениям. Но тогда возникает вопрос – а что делать с ваххабитами, которые тоже берут в руки оружие из идеологических соображений? И получается, что реальным отличием статуса добровольцев Новороссии от джихадистов и участников АТО является то, что они воюют за правое дело.

-С нашей точки зрения…

-Ну да, я считаю, что они правильно делают, что они правы, а их противники – нет. Есть из этого разумный выход – это придание добровольцам легального статуса. Признание Новороссии, признание ее вооруженных сил Россией. И это был бы правильный политический выход, потому что в противном случае мы рискуем тем, что законодательство будет применяться избирательно.  Это само по себе не слишком хорошо,  наказывать плохих людей и не наказывать хороших, избирательно применять закон, практиковать избирательную справедливость – это уже несправедливость. Либо  мы рискуем, что будет выставлен план по борьбе с наемничеством и начнутся преследования добровольцев Новороссии.

Опубликовал автор
Ваши избранные записи icon-angle-right

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *